Сумеречный Макс (darkmeister) wrote,
Сумеречный Макс
darkmeister

Когда-то давно, пару лет назад, мы с Изумрудной Янтак-джан собирались написать эту сказку вместе. Ну, чегой-то не сложилось. Впрочем, будучи жадным и запасливым существом, заготовку я сохранил. И вот таки добил эту сказку до конца…

Носорог


Яшмовый император пребывал в грусти и печали. У его любимого верхового носорога была слишком нежная душа.
Впрочем, правитель Поднебесной сам был отчасти виноват. Он взял носорога ещё маленьким, и не расставался с ним ни на минуту. Бродил ли император по цветущему саду, читал ли вслух стихи поэтов эпохи Сунн – носорог был рядом с ним.
Ну, и нахватался.
Нет, ну куда это годится? Представьте себе картину: яшмовый повелитель мчится в гуще войска, атакуя орды пришедших с севера монголов-кочевников, и вдруг носорог на всём скаку тормозит, мечтательно закатывает свои маленькие глазки и начинает декламировать:
- Как стрела, журавлей дикий клин пролетел в поднебесье,
Словно кольца, пронзая одно за другим облака...
Путь твой, путник, тебе самому неизвестен...*
Тут император обычно продолжал:
- Недостойный скакун! Отпилить бы твой рог, да устанет рука!
И изо всей силы пинал носорога шпорами тончайшего расписного фарфора. Но тому было пофиг.

А вот, положим, пример… Делегация гайдзинов-варваров домогается позволения императора построить в столице христианскую миссию. Император, ясен нефрит, возражает.
И тут носорог вылезает из угла и говорит:
- Да ладно, командир… Ты же у нас Сын Небес? Ну и Христос ихний тоже сын небес. Братишка, считай… Тебе что, жалко?
И тем самым портит императору всю политику.
Император в ярости уходит из дворца, изо всей силы грохнув о косяк бумажной ширмой

Или взять случай, произошедший на празднике Весенних Листьев. Император, чинно, как положено, восседает на носороге, держа на лице выражение Будды. Вдруг носорог подскакивает на месте, ломится сквозь толпу, задавив по дороге несколько десятков подданных, и падает на колени перед каким-то невзрачным старичком. Император чудом удерживается на спине носорога и яростно вопрошает:
- Что происходит, недостойный сын варварских джунглей!
Носорог сияет почтительными глазками и восторженным шёпотом говорит:
- Повелитель, ты шо? Это же великий отшельник Сю!!!
Император ни о каком великом отшельнике слыхом не слыхивал, но надо же держать лицо. Поэтому он милостиво кивает старичку, жалует ему шёлковые одежды и тысячу мешков риса. Потом, вечером он долго ругает носорога, но тот уверен, что прикоснулся к святости, и ругательства императора не воспринимает.

Однажды носорог по рассеянности съел любимый веер Госпожи Северных Покоев. После этого он страдал неделю. Не животом, нет. Сожрать-то он мог просроченное бамбуковое бревно. Носорог страдал душой. Ибо доставил огорчение прекрасной женщине.
Тем более, что сам носорог был влюблён.
О, небеса, какая это была история! Любезный читатель мой, ты ведь уже понял, что наш герой, любимый белый носорог яшмового императора всегда оказывался неуместным и выглядел глупо?
Как ты думаешь, славный мой читатель, в кого наш герой, с его-то счастьем, мог влюбиться?
Он полюбил маленькую птичку Няо-цин, которая работала в чайном домике.**
Да. Она сидела в маленькой бамбуковой клеточке и пела так, что у носорога сердце занимало весь объём тела и прорастали радужные крылья, которые никто, кроме него, не видел.
Но взлететь он не мог.
И в чайный домик его не пускали.
Но он лежал на пороге и, просунув голову в дверь, любовался маленькой птичкой Няо-цин.
И однажды он увидел, как она улыбнулась. Именно ему. Да, она была в маленькой клетке, висящей под потолком, и она беспрерывно пела, развлекая посетителей, но улыбка предназначалась именно ему…
Белый верховой носорог, любимец яшмового императора, решил действовать.
Пылала в чёрном небе полная луна, превращая мир в старинную гравюру. Тёплый ветер, добравшийся с побережья, подталкивал и уговаривал. Ночные цветы, бесстыдно распахнув свои бутоны, изливали в воздух ароматы…
Носорог вошёл в спящий чайный домик, не обратив внимания на дверь. Нет, она, конечно, где-то была, но влюблённый герой был сильнее и проще… Он сделал шаг.
И раздался маленький короткий вскрик.

Кто? Кто мог знать, что маленьких певчих птичек не выпускают из клеток, но ставят ночью эти клетки на пол?

Вспыхнул маленький масляный светильник, зажжённый зевающим садовым сторожем.
И носорог увидел сломанную и раздавленную клетку, где когда-то жила и пела его любовь… Маленькая птичка из чайного домика, Няо-цин, когда-то улыбнувшаяся только ему…
И он… он сам… со своей неклюжестью… наступил именно на эту клетку????????????????

Первым делом, вспомнив про обычаи восточных ниссанских островов, носорог попытался сделать себе харакири. Собственным рогом.
Не вышло. Носороги вообще мало приспособлены к акробатическим этюдам.
Тогда носорог решил повеситься. И выбрал для этой цели любимую сакуру императора.
Естественно, под весом носорога сакура произнесла предсмертное «ква» и разломилась пополам.
(Должен отметить, что поутру, придя для ежедневной медитации, яшмовый император был очень недоволен).
Прекрасно понимая, что огорчил любимого повелителя, носорог пошёл топиться. Для этой цели он выбрал малый дворцовый водоём, коротко именуемый «Священная-Слеза-Небес-упавшая-в–их-великой-милости-на-Землю». Сделал два шага по тоненькому деревянному мостику и… рухнул в воду, ясен бамбук.
Священная-Слеза-Небес выплеснулась из берегов, раскатилась тихими волнами по ухоженному газону и обратно возвращаться не пожелала.
Носорог лежал в мелкой луже и изо всех сил пытался утонуть. Увы…
Тогда он пошёл в Ночной квартал и выбрал самый омерзительный из притонов, где начал примитивно быковать, в надежде, что кто-нибудь из посетителей вызовет его на поединок. Носорог собирался немедленно подставить свою шею под удар меча.
Ага, как же.
Старый морщинистый Лянь, держатель притона, первым делом выразил своё почтение столь достойному посетителю, поставил перед ним тазик благоухающего риса с шафраном, и шёпотом предложил трубочку опиума.
Все остальные обитатели притона так же всячески выражали носорогу своё почтение и несказанную радость видеть столь достойного мужа в здешнем заведении.
Тогда носорог понял, что небеса считают его недостойным даже смерти. Он коротко поклонился в сторону дворца императора и ушёл на север. В горы.
Спустя несколько лет по северной провинции Ляошань поползли слухи о святом отшельнике Синь-Ю***, поселившемся в горах. Многие искали встречи с ним, дабы приобщиться к мудрости. Немногие удостаивались беседы. Но те, кто потом возвращался в мир, рассказывали, что великий святой отшельник предстаёт перед ищущими исключительно в образе белого носорога…****

* почти Цзо Сы (приблизительно II- III в. н. э.)
** - авторство идеи насчёт птички из чайного домика - sannichka
** *- Китайские имена и транскрипции любезно предоставлены маленькой keteris
*** *- Впрочем, также рассказывают, что некоторые особенно тупые паломники, имевшие неосторожность поинтересоваться личной трагедией учителя, были примитивно раздавлены…

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments