Сумеречный Макс (darkmeister) wrote,
Сумеречный Макс
darkmeister

Очередная маразмпоэма

Посвящается всем труженикам ежеквартальной отчётности,
работающим в системе 1С: «Торговля и склад»


Флибустьер


Поскрипывают мачты. Море дремлет,
Тихонько шебурша во сне волнами,
Что трутся об обшивку корабля,
Ласкаясь, как мурчащие котята.
Корабль тоже спит. Спит экипаж.
И только лишь в каюте капитана
Подобно глазу бешеной луны,
Свечою озарён иллюминатор.
Сам капитан в камзоле, парике.
Пенсне интеллигентнейшего вида
Его орлиный украшает нос.
Он что-то пишет в толстую тетрадь…
«Идиллия», - воскликнул бы читатель
И тут же получил бы в бок кинжалом.
Не так всё просто, как на первый взгляд.
Увы, корабль, что нынче мирно дремлет,
Известен от Кариб и до Багамов,
И слава эта – дьявольского свойства.
Вы поняли, какой на мачте флаг?
Да, именно. Весёлый чёрный Роджер.
Пиратский бриг с названьем «Незабудка»
(здесь извращённый юмор капитана
Сыграл свою злокозненную роль.
Кто встретил этот бриг – тот не забудет
Свиданье с ним уже до самой смерти,
Которая наступит очень скоро)
Пасёт стада торговых кораблей,
Как волк пасёт овец. На побережье
Любой расскажет вам с десяток баек
О страшных и таинственных делах,
В которых был замешан этот бриг.

Но речь пойдёт у нас о капитане.
Он невысок. Под париком он лыс.
И даже в упоенье дикой схватки
Всегда на нём пенсне. Он ходит тихо,
И голос никогда не повышает.
Но здоровенные головорезы
По струнке ходят под его началом
И выполнят бегом любой приказ.
Его жестокость – притча во языцех.
Он убивает за любую мелочь,
И экипажи встречных кораблей
Его напрасно молят о пощаде –
Прогулка по доске – вот весь вердикт.
В тортугском братстве он – один из первых.
Кем был он в прошлом – тайна на века.
Но мне о нём известно кое-что…
Усаживайся, славный мой читатель,
И слушай…

«Мистер Джонс, готов отчёт?»
«Сэр, полчаса ещё!» «Ужасно. Вы бездельник!
Я вынужден из жалованья вычесть
Из вашего пять с половиной пенсов!»
«Но, сэр…» «Молчать! Работайте быстрее!»
И мистер Джонс покорно замолкает,
И никнет лысиной. Глаза его мокры.
Он жалкий мелкий клерк в огромном банке.
И нищенское жалованье лишь
Ему не позволяет умереть…
В одну из странных пятниц, подводя
Итоги за квартал, он холодеет.
Да. Недостача. Двести тысяч фунтов.
Тут можно: или в Темзу головой,
Или… Что может жалкий мистер Джонс?
(скажу вам сразу, что была подстава.
Хозяин банка документ поддельный
Внёс как приход, а сам имел в виду,
Свалить растрату на беднягу Джонса)
Вот – долговая яма в перспективе…
Томительно проходят три минуты.
И мистер Джонс тихонько привстаёт.
И происходит с ним метаморфоза:
Лицо его, как маска, застывает,
В душе, наоборот, звеня, как нож,
Раскручивается пружина жизни.
Как автомат, негнущейся рукою
Берёт он из камина кочергу,
И, двигаясь индейским тихим шагом,
К охраннику подходит, словно волк…
Удар! И труп с разбитой головой
Теперь ему не в силах помешать.
Каминными щипцами мистер Джонс
Вскрывает сейф (немного неумело)
И сбрасывает пачки денег в сумку.
Спокойно гасит свечи, уходя,
И вдаль ступает твёрдыми шагами,
Дверь банка запереть не позабыв.
Он покидает Англию немедля,
И вот два года мы о бывшем клерке
Не знаем ничего. Затем – картинка:

Тортуга. Зной. Дешёвая таверна.
Смех, богохульство, визг портовых шлюх…
Дверь с грохотом распахнута. В проёме
Стоит чужак в сверкающем пенсне.
«Чей бриг на третьем пирсе пришвартован?»
«А что тебе за дело, слышишь, крыса?» -
Так отвечает Нэд, владелец брига.
Чужак к столу подходит ровным шагом,
И взяв стакан, выплёскивает Нэду
В лицо остатки рома. Общий гвалт.
Раздвинуты столы. Свободно место
Для схватки. На Тортуге оскорбленье
Смывают либо кровью, либо смертью.
Дуэль недолго длится. Две минуты.
Чужак искусен в деле фехтованья.
Корабль Нэду больше ни к чему -
Ему нужнее гроб, венок и пастор.
Пришелец улыбается слегка.
На стойку бросив двадцать золотых,
Командует бармену: «Рома! Всем!»
Тем временем выносят слуги труп,
Таверна пьёт. Вновь взвизгивают шлюхи,
А наш герой идёт на третий пирс
И всходит на корабль. Ленивый боцман,
Раскуривая трубку, замечает:
«Чё надо? Шёл бы ты, дружок, отсюда…»
Но, получивши сапогом под рёбра,
Прикидывает, что смиренье – лучше.
«Так. Общий сбор!» - командует чужак.
Свисток. Стоит на палубе команда.
Пришелец смотрит каждому в глаза
И хладнокровно говорит матросам:
«Отныне я ваш новый капитан.
Есть возраженья? Выслушаю сразу»
Малютка Тэдди, двухметровый негр,
Взревев, как бык, хватается за кортик…
Мгновение - и он уже лежит,
Пытаясь удержать кишки руками.
«Швырните его за борт, - говорит
Чужак холодным голосом, как дьявол, -
Два раза, чёрт возьми, не повторяю».
И мореманы, видевшие всё,
Внезапно слышат в голосе сухом
Звук кастаньет, тех самых, из легенд,
В ночи безлунной сделанных из кости
Берцовой. Или малой лучевой,
Которыми так любит щёлкать смерть.
Малютка Тедди выброшен акулам.
Команда вся стоит по стойке «Смирно».
Короче, стая поджимает хвост
И понимает, что пришёл Хозяин.

С тех пор корабль с названьем «Незабудка»
Известен от Кариб и до Багамов.
Во всём идёт удача экипажу.
Железною рукою капитан
Команду держит. Многое в нём странно.
Раз в месяц (в полнолуние обычно)
Он запирается в своей каюте.
На цыпочках матросы ходят мимо
И кашлянуть боятся лишний раз.
Лишь кок тихонько вносит на подносе
Обед, стараясь выглядеть как тень.
А капитан скрипит пером в огромной
Тетради. И не приведи Господь
Ему случайным звуком помешать.

Скажу вам пару слов о флибустьерах…
Пираты – это ж, в сущности, шпана.
Герои против мирного торговца.
А если появляется фрегат
Её Величества, с войсками на борту –
Пираты поднимают паруса,
Пытаясь скрыться в утреннем тумане,
Как крыса тихо прячется в листве,
Боясь дышать при виде фокстерьера.
Поскольку резюме подобной схватки –
Висеть на рее, высунув язык.
Но экипажу «Незабудки» пофиг.
Им не страшны имперские фрегаты.
Обычно происходит дело так:

Нарвавшись на корабль охраненья,
Без суеты наш странный капитан
Командует спокойно: «Выслать шлюпку!
Лечь в дрейф! И чтоб не дёргались! Понятно?»
Спесивый адмирал, как представитель
Короны, поднимается на борт,
Цедя сквозь зубы: «Ну, и что хотите
Вы сообщить мне?» Капитан спокойно
Ответствует: «Прошу вас, сэр, пройти
Ко мне в каюту» Адмирал, небрежно
Пожав плечом, идёт за капитаном.
Томительно проходят два часа.
И вот они выходят. Боже мой!
Какая перемена! Адмирал
Почтительно жмёт капитану руку,
И восклицает: «Сэр! Ах, если б все
Вели дела как вы! Я в восхищенье!
Клянусь отныне вас не беспокоить!
Плывите с миром! Я распоряжусь,
Чтоб вам препятствий всяких не чинили!»

Фрегат имперский уплывает вдаль.
Команда «Незабудки» тихо млеет,
Готовясь капитану целовать
Ботфорты. Или тихо помолиться.
А ведь всё просто. Чем же адмирал
Так восхищён? Что было там, в каюте?

Ревизия. Предъявлен был гроссбух,
Где всё указано, от фунта и до пенса:
Всё учтено – приход от грабежей,
Убытки (ежегодно кренгованье)
Команде жалованье, премии за смелость,
Замена такелажа (шторм обычно
Не жалует ни снасть, ни паруса),
Расходы на ремонт, закупку ядер,
Есть накладные на бочонки рома
И прочего припаса, начиная
От пороха, кончая солониной,
Доход от выкупов (что пленники приносят).
Короче, вся отчётность – в идеале!!!
Так стоит ли прославленному бригу
Бояться хоть чего-то? Никогда!
К тому же –
Все
Заплачены
НАЛОГИ…
Tags: маразмпоэмы, маразмы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 20 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →